Тбилиси хочет стать посредником в урегулировании карабахского конфликта. А как же Москва?

0

Тбилиси хочет стать посредником в урегулировании карабахского конфликта. А как же Москва?

Тбилиси хочет стать посредником в урегулировании карабахского конфликта. А как же Москва?Грузия окончательно отвергла инициативу Турции по формированию региональной шестисторонней Платформы сотрудничества, призванной способствовать урегулированию карабахского конфликта.

Артем Ерканян, Sputnik Армения

Министр иностранных дел Грузии Давид Залкалиани исключил возможность участия его страны в одном формате с Россией и при этом подал откровенную заявку на роль, которую сегодня играет Москва. Насколько реалистичны попытки официального Тбилиси стать посредником в разрешении армяно-азербайджанских противоречий и какими будут перспективы региональной Платформы без участия Грузии?

О том, что Грузия не будет участвовать в предложенном Эрдоганом шестистороннем формате партнерства, стало ясно еще 4-го марта после состоявшихся в Анкаре переговоров Давида Залкалиани с министром иностранных дел Турции Мевлютом Чавушоглу. В минувший четверг глава грузинской дипломатии пояснил причины и сделал альтернативное предложение. Суть инициативы в следующем: Грузия — посредник между Арменией и Азербайджаном, Тбилиси – место диалога, а международные структуры – гаранты реализации договоренностей, которые будут достигнуты. Задача понятна – если не вытеснить Россию из процесса урегулирования карабахского конфликта, то хотя бы лишить ее монополии на роль посредника.

Трудно понять, предполагает ли идея Давида Залкалиани уход из региона российских миротворцев, которые сегодня являются единственными гарантами шаткого мира. В любом случае инициатива не выглядит особо привлекательной. Особенно, если иметь в виду обоснованные сомнения в способности Грузии быть беспристрастным посредником в силу ее энергетической зависимости от Азербайджана.

Но главная причина, не позволяющая верить в успех инициативы, — это отсутствие у Грузии ресурсов для принуждения к исполнению достигнутых договоренностей. Трудно не признать — такими ресурсами сегодня располагает только Россия.

Примечательно, что заявление Давида Залкалиани противоречит призыву, который еще 11-го декабря озвучила президент Грузии. В своем видеообращении к участникам ежегодной дипломатической конференции Саломе Зурабишвили приветствовала инициативу Эрдогана, выразив «глубочайшую уверенность в том, что Грузия не останется в стороне и не будет пассивной в том, что касается Платформы сотрудничества на Кавказе». При этом глава государства отметила важность «возвращения Грузией объединяющей роли на Кавказе».

Общественность восприняла эти слова как готовность сотрудничать в формате, предложенном Эрдоганом. Тем более, что и Сергей Лавров это косвенно подтвердил, отметив, что «Россия приветствует стремление Ирана, Турции и Грузии подключиться к установлению мира в Карабахе». Но грузинские дипломаты тогда поспешили поправить своего президента, заявив, что госпожу Зурабишвили неверно поняли. После консультаций с МИД администрация президента Грузии выступила с пояснением, в котором отмечалось, что речь была не об участии в предложенном кем-то формате, а о собственной инициативе, учитывающей «историческую, объединяющую роль Грузии на Кавказе».

Но вернемся в самой Платформе. Смею предположить, что с отказом Грузии ее перспективы станут еще более призрачными. У идеи Эрдогана слишком мало шансов стать реальностью. Тем не менее стоит проанализировать динамику перемены подходов разных стран к идее формирования шестистороннего сотрудничества. Возможность создания некоего регионального партнерского формата начала обсуждаться сразу после распада СССР.

Впервые инициативу формирования Кавказской платформы безопасности, призванной способствовать урегулированию региональных конфликтов, озвучил турецкий президент Сулейман Демирель. Безуспешно. Затем, в период правления Мохаммада Хатами, инициативу перехватил Иран, который предложил формулу «3+3». Тоже без ощутимых успехов. Россия все это время сама с подобными инициативами не выступала, но всякий раз их приветствовала и подтверждала свою готовность участвовать в их реализации.

В августе 2008-го года Анкара вновь предложила партнерство в рамках Платформы мира на Кавказе. Во время визита в Москву Эрдоган обсудил эту тему с президентом России, заручившись его полной поддержкой. Положительные импульсы поступили также из Еревана, Тбилиси и Баку. Уже через полгода, в январе 2009-го, в Стамбуле состоялась конференция высокопоставленных дипломатов, представляющих потенциальных учредителей Платформы. Армения подтвердила одобрение принципов, заложенных в основу Платформы. А вот Азербайджан выступил против, из за чего и не удалось принять итоговую совместную декларацию. Заместитель министра иностранных дел Араз Азимов заявил, что «Баку считает невозможным создание Платформы, открывающей пути к сотрудничеству с Арменией без разрешения карабахского конфликта».

Между тем, инициатива Эрдогана заключалась как раз в том, чтобы попытаться урегулировать конфликт благодаря сотрудничеству.

Примечательно, что тогда позиции Армении и Турции совпадали, а подходы Баку были по сути противоположны подходам Анкары. Это неудивительно. Ведь то был период «футбольной дипломатии». Азербайджан стремился провалить попытки Армении и Турции нормализовать двусторонние отношения без предварительных условий.

Анкара тогда не отказалась от намерения склонить Баку к участию в создании Платформы. Посол Турции в Азербайджане Хулуси Кылыджи даже заявил, что до конца 2009-го года соглашение о создании Платформы будет подписано. Но противоречия между Москвой и Тбилиси, обострившиеся после войны в Осетии, заставили Эрдогана на время забыть о своей идее.

Турецкий лидер вновь вернулся к инициативе создания Платформы уже после второй карабахской войны. С предложением о шестистороннем сотрудничестве он выступил во время своего визита в Баку, куда прибыл для участия в военном параде. Ильхам Алиев на этот раз поддержал идею двумя руками. Владимир Путин тоже одобрил предложение. Заявление Саломе Зурабишвили тогда было воспринято как подтверждение готовности подключиться к миротворческой инициативе. Поддержал начинание и Иран.

Министр иностранных дел ИРИ даже объехал столицы стран, с которыми вознамерился сотрудничать в рамках намечающегося шестистороннего формата. Таким образом, пять из шести потенциальных соучредителей Платформы так и ли иначе высказались. Ясно, что каждая их этих стран собирается использовать переговорный формат в своих целях. Задача Тегерана и Москвы — вытеснить из региона США и Европу. Грузия добивается ограничения роли России. Турция хочет прочнее закрепиться на Кавказе. Но Армении не нужно ни первое, ни второе, ни третье. Нам вообще пока нет смысла задумываться о новых форматах сотрудничества. Ведь совершенно очевидно, что мы пока не в том состоянии, чтоб противостоять попыткам соседей навязывать нам свои идеи. Если и есть вопросы, нуждающиеся в решении, то их лучше обсуждать на двустороннем уровне с участием посредников в лице уполномоченных на то мировым сообществом сопредседателей Минской группы.

Нет никакого резона реагировать на инициативы, не имеющие ничего общего с нашими интересами. Тем более, что нам поступило не предложение, а по сути, ультиматум. 10-го декабря на параде в Баку Эрдоган заявил, что народ Армении «должен взяться за ум» и «пожать протянутую руку, в результате чего откроется новая страница регионального партнерства». Если же мы этого не сделаем, у нас, мол, будут проблемы. Намек Эрдогана был весьма прозрачным. Не зря он заявил, что «борьба за освобождение азербайджанских земель не прекращена» и вспомнил при этом организатора геноцида армян Энвера-пашу, «душа которого да возрадуется».

Как иначе можно воспринимать эти слова, кроме как угрозу нового геноцида? Неужели в таких вот условиях можно всерьез говорить о налаживании сотрудничества во имя мира и согласия?..