Что будет, если высушить Сарсангское водохранилище – Баку не скрывает политику шантажа

0

Что будет, если высушить Сарсангское водохранилище – Баку не скрывает политику шантажа

Козырь Баку и риск для Карабаха: Азербайджан может начать гидрошантаж армянКонтроль Азербайджана над гидроресурсами станет инструментом политического давления на Республику Армения и Нагорный Карабах. Какие механизмы может задействовать Баку, и сможет ли армянская сторона противостоять этим вызовам – читайте в материале Sputnik Армения.

На прошлой неделе в прессу просочились сведения о том, что инженерные подразделения Вооруженных Сил Азербайджана сосредоточили большое количество техники у реки Тертер (Тартар) в Кельбаджарском районе (Шаумяновский район), перешедшем в результате войны под контроль Баку. Некоторые журналисты и эксперты предположили, что азербайджанцы собираются изменить русло реки, чтобы осушить Сарсангское водохранилище – крупнейший в Нагорном Карабахе водоем. Насколько реальны подобные опасения?

Прежде чем оценить масштаб и вероятность угрозы, стоит напомнить о значении Сарсангского водохранилища, а также его историю. Построено оно было в 1976 году на территории Мартакертского района тогдашней Нагорно-Карабахской автономной области. Водоем, вмещающий до 560 миллионов кубометров воды, служил не только для ирригации. Возведенная на плотине гидроэлектростанция обеспечивает сегодня почти 60% электроэнергии, потребляемой в Нагорном Карабахе.

В годы, когда Карабах еще находился под властью Баку, водохранилище служило в основном нуждам Азербайджана. Водами Сарсанга орошались территории в 128 тысяч гектаров, из них лишь 15 тысяч приходились на Карабах. Остальной объем воды использовался для орошения земель шести районов Азербайджана (Тертер, Барда, Агдам, Геранбой, Евлах, Агджабеди).

Ситуация изменилась после первой карабахской войны. Власти Нагорного Карабаха сочли, что имеют полное право на приоритет в использовании гидроресурсов, имеющихся на этой территории. Объемы воды, отпускаемой из Сарсангского водохранилища в сторону Азербайджана, существенно сократились. Оценивая гуманитарный аспект проблемы, власти Нагорного Карабаха еще в августе 2013 года официально предложили Азербайджану обсудить возможность совместного использования вод Сарсангского водохранилища. Баку протянутую руку не только не пожал, но даже ее не заметил, что вызвало тогда удивление американского сопредседателя Минской группы ОБСЕ Джеймса Уорлика. В Баку, вероятно, полагали, что, согласившись на диалог со Степанакертом в вопросе совместного использования гидроресурсов, они косвенно признают легитимность властей Нагорного Карабаха. Между тем, официальный Степанакерт предлагал рассматривать вопрос лишь с гуманитарной и экономической точки зрения, избегая его политизации. Не получилось.

Установив свой контроль над Кельбаджарским районом по итогам боевых действий осени 2020 года, Азербайджан приобрел гидрополитический козырь. Известно, что 98% водных ресурсов, используемых в Карабахе, обеспечивают реки, истоки которых находятся в Кельбаджаре. Оттуда же текут в сторону Армении реки Арпа и Воротан. Впадают они, как известно, в озеро Севан, в котором сосредоточено 80% водных ресурсов Армении. Можно только представить, насколько уязвимыми стали Республика Армения и Нагорный Карабах в результате перехода этого района под контроль ВС Азербайджана.

Теперь вернемся к вопросу способности Азербайджана изменить русла рек, берущих начало в Кельбаджаре. Теоретически это возможно. Нет сомнений в том, что азербайджанским инженерам-гидротехникам еще несколько лет назад было поручено разработать соответствующие проекты. Другое дело – позволят ли соображения экономической и политической целесообразности взяться за реализацию этих проектов. Есть два способа отвести русла Тертера от Карабаха. Легче направить воды на юг, в сторону Кубатлу (Санасар). Для этого потребуется прорыть канал, который проляжет через Лачинский коридор, и через который вода будет впадать в Аракс. Сделать это реально. Но единственной мотивацией в этом случае будет причинение ущерба армянам. В экономическом плане Азербайджан от этого проекта ничего не выиграет, поскольку земли, через которые будет проложен канал, и без того богаты гидроресурсами.

Куда более выгоден был бы для Азербайджана проект по изменению русла Тертера на север – через Мравский хребет – и далее на восток, в сторону Гянджи (Кировабада). Эти районы гораздо больше нуждаются в воде для ирригации. Но тут обычным каналом проблему не решишь. Нужны мощные инженерные сооружения и множество тоннелей. Проект слишком накладен. Кроме того, нужно учесть, что, добившись осушения Сарсангского водохранилища, Азербайджан лишит водных ресурсов не только граждан Нагорного Карабаха, но и своих жителей Тертерского района. Сомневаюсь, что последние будут счастливы, узнав, что их воду собираются перенаправить в Гянджу или Кубатлу.

Учитывая все эти обстоятельства, смею предположить, что в Баку пока не собираются спешить с реализацией проектов, предусматривающих изменение русла рек. Скопление тяжелой техники у берега Тертера, скорее всего, преследует иные цели. Но если у Азербайджана сегодня нет ресурсов для изменения русла рек, это вовсе не значит, что Баку не может найти иные способы для использования появившегося козыря.

Контроль над гидроресурсами в любом случае станет инструментом политического давления. Для этого будет достаточно построить в Кельбаджарском районе небольшое водохранилище. Водоем объемом в 250 миллионов кубометров позволит азербайджанцам, когда им вздумается, перекрывать доступ воды в Мартакертский район Карабаха.

В Баку не скрывают, что собираются прибегнуть к политике элементарного шантажа. Директор Центра стратегических исследований при президенте Азербайджана Фархад Мамедов в начале мая в своем Telegram-канале писал: «Нам достаточно будет лишь построить нужную инфраструктуру в Кельбаджарском районе и иметь рубильник. После этого останется только сказать армянам: «Не примите гражданство, отключим воду!». Откровенно.

Ограничиваться этим в Баку, похоже, не собираются. Министр иностранных дел Нагорного Карабаха Давид Бабаян считает, что «начав с гидродавления, Азербайджан вполне может перейти и к гидротеррору». Глава внешнеполитического ведомства, эксперт в области водной безопасности (Бабаян – автор монографии под названием «Гидрополитика в контексте урегулирования карабахского конфликта») вполне допускает, что «Азербайджан попытается отравить истоки рек, оказавшихся в результате войны на его территории».

Единственным решением проблемы министру видится размещение в районе водосборных бассейнов рек Тартар, Воротан и Арпа международных наблюдателей. Вопрос этот властями Карабаха поднимался не раз.

В начале мая Бабаян направил письма сопредседателям Минской группы ОБСЕ и личному представителю Действующего председателя ОБСЕ Анджею Каспшику по поводу угрозы водной безопасности Карабаха. Министр призвал ОБСЕ обсудить формат международного мониторинга для контроля над реками, текущими из Кельбаджарского района в Республику Армения и Нагорный Карабах.

Правительство Нагорного Карабаха осознает всю серьезность угроз, с которыми придется столкнуться в случае задействования Азербайджаном механизма гидрошантажа. Именно этой теме было посвящено рабочее совещание, проведенное 26 июня секретарем Совета безопасности Нагорного Карабаха Виталием Баласаняном.

Но противостоять предстоящим вызовам властям Нагорного Карабаха в одиночку вряд ли удастся. Если международное сообщество действительно проявит последовательность в вопросе реализации требований принятой 28 июня 2010 года резолюции Генассамблеи ООН «О праве на безопасную и чистую воду», народ Карабаха не останется один.